Реферат бах хтк 2 том прелюдия и фуга фа минор

Удивительной особенностью его творчества является то, что оно «сплавлено» из многих «по­род». Шостакович умеет говорить сложно и глубоко, как философ и поэт, и просто и открыто, как оратор, обращающийся к массам. Один и тот же композитор пишет сложную десятую сим­фонию (1953), в которой размышляет о судьбах народов в послевоенном мире, и — простую, быстро запоминающуюся «П е с н ю мира» (музыка к кинофильму «Встреча на Эль­бе», стихи Е. Долматовского): Музыку для кино Шостакович никогда не прекращал писать. Здесь и «Человек с ружьем», и «Молодая гвардия», «Овод», «Гамлет» и многое, многое другое. В музыке ряда фильмов 30—40-х годов компо­зитор обращался к революционным русским песням. Песенные мелодии здесь свободно симфонически раз­виваются так, как будто это собственные темы композитора. Шо­стаковичу первому из советских композиторов удалось добиться такого тесного слияния революционной песенности с выразитель­ными средствами современной симфонической музыки. Вот почему он вводит слово, поющую речь даже в симфонию. Тринадцатая симфония (на стихи Е Евтушенко) на­писана для баса, мужского хора и оркестра. В этом сочинении по-новому развиты некоторые темы, характерные вообще для творчества Шостаковича. Значение этого жанра очень велико в его творчестве. Опера «Катери­на Измайлова», многие его квартеты, вокальные циклы симфоничны — проникнуты напряженным непрерывным развитием му­зыкальной мысли.

Отец его был инженером-хи­миком, мать — пианисткой. «Я рос в музыкальной семье, — рассказывал композитор. — Моя мать, Софья Васильевна, училась несколько лет в консерватории и была хорошей пианисткой. Отец, Дмитрий Болеславович, горячо любил музыку и хорошо пел. Чтобы лучше слышать их игру, я забирался в коридор и просиживал там часами. Все это глубоко запечатлелось в моей музыкальной памяти…» Мать Дмитрия Дмитриевича была превосходным педагогом фортепианной игры для начинающих. Это станет чрез­вычайно характерным впоследствии для зрелого композитора Шостаковича. Консерватория. Некоторое время он учился в одной из частных музыкальных школ, А в 1919 году, в возрасте 13 лет, поступил в Петроградскую консерваторию по двум специальностям — форте­пиано и композиции. Достойно удивления и восхищения… Восторженно относились к юному композитору-пианисту все, кто слышал его тогда. Когда в 1922 году у Шостаковича умер отец и положение семьи сильно ухудшилось, Глазунов выхлопотал для одаренного ученика персональную стипендию. Впоследствии опыт этот очень при­годился композитору. В 1923 году Шостакович окончил консерваторию по форте­пиано, в 1925 — по композиции. Количество сочинений, написанных им в консерваторские годы, велико.

Композитор, сумевший как никто в его щедрое на великие имена время соединить несоединимое. Нидерландский канон и итальянский концерт, протестантский хорал и французский дивертисмент, литургическую монодию и итальянскую же виртуозную арию… Соединить и горизонтально, и вертикально, и вширь, и вглубь. Потому так свободно взаимопроникают в его музыке, говоря словами эпохи, стили «театральный, камерный и церковный», полифония и гомофония, инструментальное и вокальное начала. Сочинения Баха изданные, а главное, рукописные — в автографах и многочисленных копиях — оседали в собраниях его учеников и ценителей как именитых, так и совсем безвестных. Среди них — композиторы И. Кирнбергер и уже упомянутый Ф. Марпург; большой знаток старой музыки барон ван Свитен, в доме которого приобщался к Баху В. А. Моцарт; композитор и педагог К. Нефе, внушивший любовь к Баху своему ученику Л. Бетховену. Уже в 70-е гг. XVIII в. начинает собирать материал для своей книги И. Форкель, заложивший фундамент будущей новой отрасли музыкознания — баховедения. На рубеже веков особенно активен директор берлинской Певческой академии друг и корреспондент И. В. Гёте К. Цельтер. Обладатель богатейшей коллекции баховских рукописей, он доверил одну из них двадцатилетнему Ф. Мендельсону. Это были «Страсти по Матфею», историческое исполнение которых 11 мая 1829 г. возвестило о наступлении новой баховской эры. «Закрытая книга, зарытый в землю клад» (Б. Маркс) открылись, и мощный поток «баховского движения» охватил весь музыкальный мир. Самые крупные из них — «Bach-Institut» в Геттингене (ФРГ) и «Национальный исследовательский и мемориальный центр И. С. Баха в ГДР» в Лейпциге.